Мы перегружены чужими мнениями

Как социальные существа мы вынуждены обращать слишком много внимания на окружающую нас социальную обстановку, а значит и обращать чрезмерное внимание на мнения других людей. Когда-то, на заре эволюции человеческого вида, такая внимательность к сородичам была оправдана. От этого зависело место в иерархии стаи, а то и выживание особи. Однако сейчас такой приоритет играет против нас

Такая трактовка проблемы чрезмерной насыщенности социального взаимодействия возникает в исследованиях и размышлениях многих современных авторов.

Так, Грег Маккон в своей книге "Эссенциализм" пишет:

Выросло не только количество доступных нам вариантов выбора, но и сила, с которой на нас давят внешние обстоятельства и другие люди. О том, как тесно мы связаны друг с другом в современном мире и какой гигантский объем информации нам приходится обрабатывать, говорилось уже не раз. Но такая связь увеличивает и силу социального давления. Благодаря современным технологиям любой может высказаться о том, что кажется важным ему. Мы перегружены не только фактами, но и частными мнениями

А Роберт Чалдини в своей книге и вовсе такому явлению посвящает один из принципов потенциальной манипуляции:
Принцип социального доказательства Роберта Чалдини
Согласно этому принципу, мы определяем, что является правильным, выясняя, что считают правильным другие люди. Мы считаем свое поведение правильным в данной ситуации, если часто видим других людей, ведущих себя подобным образом

И то, что мы тратим внимание на чужие мнения еще не вся беда. Мы ведь еще и корректируем свое поведение, а то и вовсе впадаем в зависимость от мнения окружающих.

Мы не можем контролировать мнения других людей, но позволяем им контролировать нас

При этом мнения всех окружающих в стоицизме находятся в сфере безразличного и не достойны ни капли нашего беспокойства от них. И выход здесь напрашивается один - решительно отсекать такие утечки своей энергии

Однако отказ от сиюминутного восприятия чужого мнения - это не игнорирование человека. Это более разумный выбор в реакциях и последующих действиях, которые, из-за такой осмысленности могут быть во много раз полезнее всем, чем поспешные быстрые выводы. Даже наоборот, риск проигнорировать собеседника как раз выше в том случае, когда внимание воспринимающего перегружено

Решившегося на такой акт ждет новое измерение свободы, ввиду того факта, что большую часть времени мы проводим среди других людей. Об этой свободе очеень ярко написал Кастанеда, называя такую практику "стиранием личной истории"

– Неужели тебе не ясно? – драматически сказал он. – Ты должен постоянно обновлять свою личную историю, рассказывая своим родителям, родственникам и друзьям обо всем, что делаешь; а если бы у тебя не было личной истории, надобность в объяснениях тут же отпала бы. Твои действия не могли бы никого рассердить или разочаровать, а самое главное – ты не был бы связан ничьими мыслями.
<...> Всю личную историю следует стереть потому... – медленно, как бы давая мне время для моего неуклюжего записывания, произнес он, – ...что это делает нас свободными от обременяющих мыслей других людей. (К.К. Путешествие в Икстлан)